ТЕМА 2. ФИЛОСОФИЯ КАК РАЗВИВАЮЩАЯСЯ СИСТЕМА ЗНАНИЙ

Посмотреть

В первой лекции мы рассмотрели самое общее (мировоззренческое) назначение философии и пути приобщения к ней. Но чтобы в полной мере вкусить от древа познания под именем философия, важно не только знать, для чего она нужна, но и понимать:

2.1. Системность философского знания: идентификация и структурализация

Как известно, любое, в том числе и философское знание чего-то стоит, лишь когда оно, во-первых, идентифицировано, распознано, и, во-вторых, структирировано, так или иначе упорядочено. Первый аспект важен для отделения и отличия знания от того, что только по видимости нам его напоминает, скажем, от мнения. Второй аспект важен для утверждения внутренней состоятельности, или предметно-логической обоснованности, знания, для его конституирования в качестве чего-то устойчивого и преемственного. Вместе взятые, они, эти аспекты, дают нам системную определенность знания. Системность можно считать атрибутивной (сущностной) характеристикой знания как такового.
     Как справедливо заметил еще Гегель, "философствование без системы выражает лишь случайное умонастроение". При этом нельзя забывать, что философия прошла долгий, почти трехтысячелетний путь развития, ее системность поэтому исторична. Иначе говоря, место философии в системе человеческого знания менялось от эпохи к эпохе. Например, в античную эпоху, когда еще не существовало разветвленной системы наук, знание было нерасчлененным, слитным, или, как принято говорить, синкретическим. И, кстати, все оно - знание о природе, обществе, человеке - называлось философией. Ясно, что философии в ее современном понимании - как особой, специализированной отрасли знания - тогда еще не было. Она появилась несколько позднее вместе с другими науками в результате "распочкования" первоначально не дифференцированного конгломерата знаний.

Посмотреть

Как мы уже выяснили, системность философского знания - многоаспектное образование. Уточним теперь ее составляющие.
     Идентификация... Знание идентифицируют по-разному, но обычно - по его существенным признакам или свойствам. Так поступим и мы с философским знанием.
     Что касается структурализации (внутренней дифференциации и целостной организации) последнего, то она многообразна. Основания или критерии здесь самые различные: сквозные идеи, общие принципы, проблемные сегменты единого исследовательского поля и т.д. Мы ограничимся, как наиболее важным, членением философского знания на основные течения и относительно самостоятельные дисциплины. Выделим также его основные функции, так как именно через функции система оказывает влияние на свое окружение, соприкасаясь тем самым с другими системами.
     Предлагаемый подход и артикулирующая его схема вполне, на наш взгляд, оправданы. Мы ведь стремимся понять системный характер философского знания и вовсе не претендуем на его систематическое в смысле исчерпывающе-полное и завершенное представление. Жесткое завершение, однозначная законченность, методическое стремление перечислить все и вся претят философии по определению. Заметим к тому же, что с иными системными, а вернее - подсистемными формированиями: традициями, концепциями, школами и т.д., мы будем знакомиться на протяжении всего курса философии.

2.2. Мудрость как смыслогенетический корень философии

Но начнем со смыслогенетического корня философии - с мудрости. В нашем случае его идентификационные возможности трудно переоценить. Если знание философское, то оно непременно и мудрое. Мудрость, видимо, можно считать самым существенным признаком философского знания.

Посмотреть

Итак, что же такое мудрость, с которой любят отождествлять себя философы, которой так многие хотели, да и хотят наполнить свою жизнь? Вопрос непростой, пожалуй, один из самых сложных в философии. Возможен поэтому только самый общий ответ, намечающий какие-то принципиальные точки отсчета. Есть "подсказки" в истории философии. Демокрит из Абдер, например, полагал, что быть мудрым значит правильно мыслить, правильно говорить и правильно поступать. Демокритовское триединство мудрости по-своему выражало античное понимание цельности человеческой натуры.
     Для древнегреческих мудрецов философия была не только формой знания, познания, но и формой жизни. И даже прежде всего формой или образом жизни. Приобщение к мудрости, истине было для них одновременно и жизненным воплощением мудрости, мудрым преображением жизни. По легенде, тот же Демокрит, убедившись, что чувства врут (такое с ними действительно бывает: различные визуальные иллюзии и пр.), взял да и выцарапал их просто-напросто. Вот это единство убеждения и дела! Современный философ, пожалуй, лишь снисходительно посмеется над Абдерским чудаком. Грустная вообще-то эволюция. Цельность ушла, распалась на фрагменты, напрочь забывшие свою связь с целым. Некоторые философы сейчас умудряются думать одно, говорить другое, писать третье, а поступать еще как-то.
     Демокритовская трактовка мудрости справедливо указывает на то, что ее нельзя свести к знанию. Хотя обширные и глубокие познания для мудрецов необходимы. Необходимы, но не достаточны, ибо, как указывал другой древнегреческий мыслитель - Гераклит, "многознание уму не научает".
     Знание, по нашему глубокому убеждению, может обратить в мудрость лишь нравственность. Нравственность разворачивает знание на человека - его творца, в ней оно обретает свою истинную, т.е. собственно человеческую, размерность. Знание, насыщенное или пронизанное нравственностью (добром, человечностью, справедливостью), знание, стремящееся достойным человека образом воплотиться в жизнь - таково могло бы быть определение мудрости. Мудрость - это понимание в отличие от объяснения, вкус в противоположность простым навыкам мышления, правда вместо истины. Правда же есть истина с человеческим лицом, истина как экзистенциальная (жизненная и для жизни) ценность. Правдоискательство - важнейший стимул творческого бытия человека. Мудрец - это не просто homo sapiens (человек разумный), а homo prudens - человек благоразумный. Не в смысле рассудительный, предусмотрительный, взвешивающий все свои мысли и поступки, но пекущийся об общем благе, превращающий знание в добро, возвышающий и совершенствующий жизнь. Видимо, стоит добавить сюда и красоту. Мудрость как нечто высокое и совершенное, не может не быть красивой. Тогда мудрость можно определить как качество, в котором органически слиты истина, добро и красота.

Посмотреть

Символы философской мудрости

Мудрость, как видим, трудно определить чисто логически. Но она, а вместе с ней и философия имеет ряд выразительных символов.
     Первым, как Вы помните, употребил слово "философ" Пифагор. Он не отважился назвать себя мудрецом, поскольку истинный мудрец, в его понимании, - это только Бог. Философия как бы соединяет нас с божественной мудростью. Отсюда и один из первых символов философии-мудрости - Ирида, радуга как мостик между землей людей и небом богов.
     Среди других богов на небе у древних греков жила богиня мудрости - Афина (у римлян Минерва). Главный храм Афины - на Акрополе в Афинах, где до сих пор обитает множество сов. Греки постепенно привыкли связывать Афину и сову и часто изображали их вместе, на монетах, в статуях. Так сова стала культовым животным, символом Афины, а значит и мудрости. У совы есть два очень примечательных, поистине символических качества: всегда блестящие ("сгорает от любознательности") и раскрытые ("открытые миру, бытию") глаза. В высшей степени символична и ночная зоркость совы. За ней стоит способность философии видеть в "темноте" повседневного существования человека, проникать в самые темные, отдаленные и потаенные, сферы бытия.
     Если считать, что философия имеет дело с загадками человеческого бытия, то тогда ее символ - Сфинкс, чудовище с ликом женщины, телом льва, хвостом змеи и крыльями орла. А еще говорят, что не женское это дело - философствовать.
     Овод - еще один образ-символ философской мудрости. На его нам указал в своей защитительной речи на суде Сократ - сам живой символ философии. Обращаясь к присяжным, своим обвинителям, всем мужам афинянам, он сказал следующее проникновенные слова: "...Если вы меня убьете, то вам нелегко будет найти еще такого человека, который, смешно сказать, приставлен к городу как овод к лошади, большой и благородной, но обленившейся от тучности и нуждающейся в том, чтобы ее подгоняли. В самом деле, мне кажется, что Бог послал меня городу как такового, который целый день, не переставая, всюду садится и каждого из вас будит, уговаривает, упрекает. Другого такого вам нелегко будет найти, о мужи, а меня вы можете сохранить, если вы мне поверите. Но очень может статься, что вы, как люди, которых будят во время сна, ударите меня и с легкостью убьете, <...> и тогда всю остальную вашу жизнь проведете во сне, если только Бог, жалея вас, не пошлет вам еще кого-нибудь". Увы, афиняне не вняли голосу сократовской мудрости. Оводу-философу был вынесен обвинительный приговор, он выпил чашу цикуты и отошел в мир иной.

Посмотреть

Дополнительный материал

2.3. Идентификация философского знания

Посмотреть

Философское знание - знание целостное

Философское знание - знание целостное, знание целостности или целого. "Мир как целое" - так можно было бы обозначить в данном плане предмет философии. Не стоит только путать его с "миром в целом". В последнем случае под целым имеется в виду нечто составное, включающее в себя все и вся, целое вместе с его относительно самостоятельными частями.
     Мир в целом изучают все науки, хотя и с разных сторон. В предмете же философии - мире как целом, целое берется как бы в отличие от своих частей, как то дополнительное и новое, что появляется в результате их взаимодействия - ведь целое никогда не сумма его частей. Целое здесь то, что объединяет, интегрирует части, обеспечивает, стягивает их в единство. Ясно, что обеспечивать единство объекта может только нечто общее и существенное, существенно-общее. Вот этим существенно-общим (всеобщим) применительно к миру и занимается философия. Интересно, что хайдеггеровский перефраз предложенного Новалисом определения философии звучит именно как ностальгия по универсально-целому. Вспомним и Гераклита: признак мудрости - согласиться, что все едино.
     Сказанное, однако, не надо понимать так, что философия не проявляет никакого интереса к частям. Конечно же, нет - целого без частей не бывает. Но только части эти берутся в той связи, которая ведет к целому, включает их в общую цепь мирового процесса, в фундаментальное единство качественно многообразного мира. В любых своих проявлениях философия учит "целостному мышлению", интегральной интерпретации всех сторон существующего, всех аспектов человеческого бытия.

Посмотреть

Философское знание - знание cущностно-интенсивное

Целостная определенность философского знания находится в диалектическом единстве с его сущностно-кумулятивным характером. Философия не имеет ничего общего с попытками экстенсивной, валовой, абстрактно-всеохватной ее интерпретации, хотя они не прекращаются и по сей день. Имеются в виду попытки перечислить как можно больше предметов, свойств, отношений, охватить все и вся, быть неограниченно-всесторонним. Обратимся к конкретному примеру - арифметически-универсальному определению практики: "Семья, воспитание детей, различные общественные организации, преследующие политические, культурные и иные цели, также являются формами практической деятельности... Путешествия, геологические поиски, изучение с помощью летательных аппаратов верхних слоев атмосферы, бурение земли для изучения расположения грунтовых вод, дрейф на льдине, химический анализ или синтез вещества, различные эксперименты - все это многообразные формы общественной практики людей. Англичане говорят: вкус пудинга познается во время еды. Питание, так же как и приготовление пищи, является практической деятельностью". Даже не вникая в суть проблемы, можно с определенностью утверждать: что-то наверняка не учтено, не причислено, забыто - феномен практики ведь фактически неисчерпаем. Нет, явно проигнорировано здесь предупреждение Козьмы Пруткова: "Никто не обнимет необъятного". Кстати, тот же Прутков указывал и выход из лабиринта необъятного: "Смотри в корень!"
     В корень, сущность смотреть действительно надо, потому что философская концептуализация предмета исследования и его эмпирическая экстенсификация - вещи совершенно несовместимые. Философии претит эмпирический вал действительности, она всегда остерегается опасности быть захлестнутой им. Все ее определения имеют силу только по отношению к сущностному ядру изучаемой реальности. Края у них всегда размыты. В философии находит выражение внутреннее сущностное единство, а не поверхностное, формальное тождество всех качественно разнообразных явлений действительности. Глубина достигается здесь за счет снижения конкретности, а вернее - детальности исследования. Что ж, без "жертв" в таком масштабном деле не обойтись. Полнота и всесторонность достигаются в философии при условии кумулятивно-сущностной интенсификации предмета исследования. Углубление в сущность, поиск предельных оснований - главный ориентир всякого достаточно серьезного философствования.

Посмотреть

Философское знание - знание проблемно-альтернативное

Философское знание, далее, следует квалифицировать как проблемно-альтернативное. Проблема, проблемность входит в философию ex difinitio (по определению).
     За последние годы термин "проблема" явно девальвирован. Чего только им не обозначают - и вопрос, требующий ответа, и задачу, которую ставит перед собой исследователь, и "узкое место", которое надо "расширить", и просто то или иное затруднение. При строгом же логико-философском подходе проблема обнажает свой истинный смысл - быть вопросом, на который нет ответа в наличной, сложившейся системе знаний, но который тем не менее напрашивается, вырастает из нее. Чтобы ответить на проблемный вопрос, надо выйти за данную, ставшую уже привычной систему знаний, взглянуть на нее как бы со стороны, свежо и непредвзято. Искомым ответом здесь может быть только новое, оригинальное, "неожиданное" знание. Кроме того, проблема выдвигается не только для того, чтобы ее разрешали, но и для того, чтобы понять, оценить с ее помощью уже наработанный материал, чтобы иметь четкий ориентир в процессе решения каких-то конкретных, дробных исследовательских задач. Мы способны что-то уловить и объяснить, только если это что-то озарено светом соответствующей проблемы. Проблема нацелена всегда на суть дела - через нее же мы впервые и понимаем эту суть. Интересно в данной связи замечание Х.Г. Гадамера: "мы способны понять только то, что нам представляется ответом на вопрос".
     Проблемы есть в любой науке, но в философии они совершенно особые - вечные. То есть философия занимается проблемами, окончательного разрешения которых просто не может быть. Их в принципе нельзя разрешить раз и навсегда. В самом деле, можно ли будет когда-либо исчерпать, например, проблему смысла жизни, дать ее окончательное, а значит удовлетворительное во всех отношениях разрешение. Философию рассматривают иногда как парадигму принципиально неразрешимых, но постоянно решаемых проблем в отличие, скажем, от математики - парадигмы принципиально разрешимых проблем. Есть даже такая шутка: наука - это то, что вы знаете, философия - то, что вы не знаете.
     Философия - род перманентного исследования, сомнения, вопрошания. В философии вопросы иногда значат больше, чем ответы на них. Перефразировав Эддингтона, можно сказать: прогресс философии следует измерять не числом вопросов, на которые она способна ответить, а числом вопросов, которые она способна задать.

Посмотреть

Философское знание - знание критическое

Философское знание является знанием принципиально критическим. Философ должен постоянно терзать себя каверзными вопросами, вносить во все здоровый скептицизм, не принимать ничего на веру, безжалостно обнажать все свои доводы и аргументы. Философия выносит на суд рациональной критики все, включая свои собственные, формы мысли, созерцания и воображения.
     Выдвигать и одновременно критически "пытать" выдвигаемое - такова самая общая установка философии как интеллектуальной деятельности. Критическая дистанция между тем, что познается, и тем, кто познает - непременное условие продуктивности любого научного исследования. Важно тщательно и непредвзято выверять все свои посылки, допущения, абстракции, не обольщаться видимостью объекта исследования, не застревать на его поверхности, и, набравшись мужества, идти, что называется, до конца, не страшась возможной радикальности выводов.
     Критичности, последовательности и радикальности философия обязана многими своими открытиями.
     Философия, порывающая с критицизмом, рано или поздно вырождается в косную и догматичную теорию, в идеологию. Истинная же, критическая философия призвана лечить ум от всех этих болезней и поползновений. Роль критики, критицизма в становлении и развитии философии настолько велика, что некоторые авторы вообще определяют ее как общую теорию критики.

Посмотреть

Философское знание, однако, не только проблемно, но и альтернативно. На любой фундаментальный вопрос философия имеет множество ответов - разных (альтернатива как вариант - одна из многих), а иногда и прямо противоположных (альтернатива как противоположность - одна из двух). Добавим, что преимущества каждого из предлагаемых ответов не столь очевидны и убедительны, как может показаться на первый взгляд. Материалистический ответ, к примеру, не всегда верен и прогрессивен, а идеалистический - ложен и консервативен. Тут определенно есть вещи, которые нельзя опровергнуть одной только аргументацией.
     Сказанное подводит нас к мысли, что философия в действительности представлена не только знанием, но и выбором. Выбор компенсирует недостаток информации, снимает неопределенность ситуации, подводит черту под бесконечными сомнениями и колебаниями исследователя. Выбор вносит ценностный момент в философию. Философское знание - знание ценностное (и потому, видимо, ценное). Философский выбор совершается отнюдь не по логике доказательства или интеллектуального расчета. Скорее всего, тут работает логика предпочтения, симпатии, любви. У Н.А. Бердяева ("Смысл творчества", гл. I.) есть прекрасное описание такого вот акта выбора, акта философской любви: "Подлинный философ - человек влюбленный, избравший предмет познавательной любви. Творческое философское познание есть прекращение сомнения над тем, кого избрал и полюбил. Влюбленный творческим актом избирает кого полюбить среди дурной множественности женщин. Влюбленному нечего говорить, что кроме избранной и любимой им есть еще много женщин не худших, а даже лучших. И влюбленному философу нечего говорить, что кроме избранной и любимой им истины есть еще множество истин не менее правдоподобных". Противопоставление выбора-любви знанию-познанию не должно, разумеется, заходить слишком далеко. В конце концов, выбор - то же знание, но только подкрепленное дополнительно какими-то ценностными устремлениями. А где выбор, там и свобода, т. е. внутренне мотивированное самоутверждение человека. Знание является основой свободы, но и свобода - основа знания. Позволительно поэтому говорить о философии как знании свободы. Истина, по меткому замечанию, Кьеркегора, есть акт свободы.

Посмотреть

Философское знание - знание рефлексивное

Критика естественным образом связана с рефлексией. И в том и в другом случае мысль специально концентрируется на том, что и как она творит и с кем имеет дело. Рефлексию можно было бы назвать самокритикой философии. Как рефлексия, философия дает познанию его самосознание. Это - самосознающее или сознательное мышление. Рефлексивная мысль есть мысль, обращенная на самое себя. Обычная исследовательская мысль - это мысль о каком-то предмете. В случае же рефлексии мы имеем перед собой метамышление, мысль о мысли о предмете. Предметом здесь выступает уже сама мысль о предмете, сама мыслительная деятельность, само мышление. Профессиональный философский язык фиксирует это самообращение мысли как переход от состояния "в себе" в состояние "для себя".
     Определенное представление о рефлексии дает грамматическая форма средне-возвратного залога в русском языке. Этот залог имеют глаголы, выражающие действия, не переходящие на объект, а как бы возвращающиеся к субъекту, сконцентрированные в нем самом: сосредоточиться (самому), огорчаться (самому), передвигаться (самому) и т.д.
     Рефлексия представляет собой также переосмысление того, что уже кем-то осмысленно, подготовлено и изложено. В данном плане рефлексия дает вторую жизнь, оживляет данное, наличное, распредмечивает опредмеченное, помогает следовать не букве, а духу сочинения, проникать в творческую лабораторию исследователя. "Мысль изреченная есть ложь", - сказал поэт. И это верно. Так вот без рефлексии и связанного с ней воображения нам ложь изреченности никогда не преодолеть, к живой мысли никогда не добраться.
     Дж. Локк отождествлял рефлексию с интроспекцией - осознанием субъектом своих собственных ментальных состояний и движений. Но, вообще говоря, в рефлексии можно видеть и транспекцию - попытку вжиться в психологию и поступки другого человека, проникнуться его заботами, тревогами, надеждами. Рефлексия в этом плане переходит в гуманизм.

Посмотреть

Философское знание - знание гуманистическое

Философское знание можно охарактеризовать также как знание гуманистическое. Уже самой постановкой вопроса о мире как целом мы непременно выходим на человека, поскольку в мире этом он непременно представлен. Без человека мир невозможно мыслить в его целостности. Без него мир нельзя считать целым, он не замыкается на целостность.
     Философию интересует всеобщее в его человеческом, гуманистическом измерении и смысле. Философия исследует мир, отображенный на человека, и человека, отображенного на мир. Все ее проблемы являются, по существу, только разными проекциями проблемы человека. Иными словами, судьба человека - центральный пункт всякого философствования. Философия смотрит на мир не только с точки зрения сущего, но и должного, человечески-проективного. Знание становится философским там и тогда, где и когда оно проецируется на бытие человека и вовлекается в формирование его мировоззренческой позиции.
     Гуманизм европейской философской традиции восходит своими истоками к древнегреческому мыслителю Протагору, заявившему, что "человек есть мера всех вещей: существующих, что они существуют, несуществующих, что они не существуют". Мысль чрезвычайно глубокая. Постулируя человеческую размерность мира, приравнивая человека к миру, вернее даже уравнивая человека с миром, она питает нашу веру в прогресс. Говоря, что мир принципиально познаваем, что никакие непреодолимые барьеры нас в нем не подстерегают, мы фактически приписываем человеку потенциальную возможность выразить, объять этот мир, встать вровень с ним, быть его равноправным противочленом. Другими словами, речь идет о равномощности мира и развивающегося человека, о сравнимости бесконечности мира с бесконечностью (в тенденции) познающего мышления.
     Не отрицая значимости индивидуально взятого бытия, философия тем не менее стремится понять человека как представителя рода человеческого. В данном плане она выходит на общечеловеческие ценности, защищает достоинство, свободу и счастье человека, отстаивает право индивида на творческое развитие всех его задатков и способностей, на гармонию и полноту его духовной и материальной жизни. Гуманистический пафос философии направлен на борьбу против эксплуатации, отчуждения, социальной несправедливости в отношениях между людьми, - словом, против того, что мешает раскрытию человеческого начала в человеке, что не дает человеку быть человеком. Философия занята гуманистическими инвестициями в человека, развитием человека как человека, поощрением действительно человеческого в человеке.Заключая, можно сказать, что в "любви к мудрости" глубоко сидит "любовь к человеку", что философия в высшей степени гуманоцентрична.

Посмотреть

2.4. Cтруктурализация философского знания

Направления - самые крупные структурные и классификационные подразделения философии. Возникают они при различных подходах к решению фундаментальных философских проблем. Есть тут, впрочем, и обратная зависимость: от философских направлений к фундаментальным философским проблемам.Философы, принадлежащие к разным направлениям, по-разному формулируют сами эти фундаментальные проблемы и, естественно, по-разному их интерпретируют и решают.
     Среди различных классификаций философских направлений наибольший интерес представляют альтернативные (противостоящие друг другу) варианты. Ярким примером здесь могут служить классификационные схемы Ф.Энгельса и Н.А.Бердяева.

Посмотреть

2.4.1. Классификация философских направлений по Энгельсу

Энгельс классифицирует философские направления в зависимости от того, как они концептуализируют различные стороны фундаментальной философской проблемы, которую он называет "основным вопросом философии" - вопросом об отношении мышления к бытию, сознания к материи, духа к природе.
     Что скрывается за этой абстрактной формулировкой? Что-то совсем уж новое и загадочное? Да нет, перед нами не что иное, как выражение на языке философских категорий уже знакомой нам центральной проблемы мировоззрения. Как известно, в комплексе мировоззренческих проблем особую роль играет вопрос о месте человека в мире. От его понимания в значительной мере зависит решение других мировоззренческих вопросов. Смысл этого вопроса, в первом приближении, интуитивно ясен. Но вдумаемся, в каком смысле мы употребляем слова: "мир", "человек", "место"?
     Что такое "мир"? Мое ближайшее окружение? Земля? Вселенная? Что дальше?
     В обыденной жизни мы можем вкладывать в это слово различный смысл. Философия же рассматривает "мир" в предельно общем значении - как все, что существует, все, с чем человек может так или иначе взаимодействовать. Для обозначения этого "всего-существующего" она использует такие категории, как "бытие", "природа", "материя". Наибольшей универсальностью обладает категория бытия. Впрочем, под бытие попадает и сознание - оно ведь тоже существует. Но существует весьма специфически, особо, что и позволяет противопоставлять его всему остальному.
     Когда мы говорим о "человеке", то нам, в данном случае, безразлично, кто он: мужчина или женщина, юноша или старец, русский или американец. Важно лишь то, что он наделен способностью воспринимать внешний мир, контролировать свое поведение, обладает разумом, чувствами, волей. Все это вместе взятое и называется духом, мышлением, сознанием.
     Под "местом" мы, разумеется, имеем в виду не географическое положение, не пространственно очерченное место, а всегда конкретную включенность человека в систему связей, отношений, взаимодействий, которые существуют между ним и окружающим миром.
     Таким образом, основной вопрос философии, в энгельсовской его формулировке, есть не что иное, как теоретическая (логико-рациональная) постановка или категориальная рефлексия центральной проблемы мировоззрения.

Посмотреть

Итак, основной вопрос философии, как он видился Энгельсу и представлен в марксистской философии, есть вопрос об отношении материи к сознанию, мышления к бытию, духа к природе.
     Он имеет две стороны. Первая сторона: что является первичным - материя или сознание? В зависимости от ответа на этот вопрос философия делится на два основных направления, а именно материализм и идеализм.
     Материализм означает признание первичным внешнего мира, природы, материи, а вторичным - сознания. Материя есть объективная реальность, существующая вне и независимо от сознания. Сознание же есть отражение объективного мира в мозгу человека. В применении к обществу материализм исходит из первичности общественного бытия и вторичности общественного сознания. Под общественным бытием понимается материальная жизнь общества, а более точно, производство материальных благ и те отношения, в которые люди вступают в процессе этого производства.
     В противоположность материализму идеализм объявляет первичным сознание (индивидуальное или надиндивидуальное, в виде Мирового духа например), а материю, внешний мир считает вторичным, производным от сознания.
     Вторая сторона основного вопроса философии - познаваем ли мир? Материалисты, а также часть идеалистов убеждены, что мир познаваем. Для материалистов логика познания есть всегда отражение логики самого предметного мира. Идеалисты в лице скептиков и агностиков (агностицизм: а - не, гносис - знание) отрицательно отвечают на вопрос о познаваемости мира. Познание уподобляется ими либо комбинированию чувственных данных, либо категориальному конструированию, либо логическому выведению новых положений из аксиом, постулатов и других допущений.

Посмотреть

Дополнительный материал

Две стороны основного вопроса философии

Взаимоотношения человека и мира, или, говоря философским языком, отношение бытия и мышления могут быть рассмотрены с разных сторон. Но принципиальное значение имеют здесь две его стороны, два вопроса:

Сразу заметим, что эти вопросы поставлены применительно к двум предельно широким понятиям, или категориям. За их границами нам просто ничего не найти. Все, что так или иначе существует, подходит под одну из этих категорий. Поэтому основанием для связи между бытием и мышлением (если она существует) может выступить только одна из сторон этого отношения. Но тогда данная категория, а вернее - стоящая за ней реальность является всеобщим основанием - субстанцией! Третьего здесь не дано: либо бытие, природа, материя является основанием для духа, сознания, мышления, либо - наоборот.

Онтологический аспект основного вопроса философии

Поясним смысл проблемы. Вопрос вовсе не в том, что было самым первым по времени. Спрашивать так имеет смысл только по отношению к конкретным явлениям. Например, можно выяснять, что возникло раньше: планета Земля, или сознание людей. Но это уже не философская проблема, а задача для конкретных наук: геологии, палеонтологии, археологии и т.п. Она решается их средствами. В нашем же случае вопрос стоит в предельно общей, категориальной форме. И потому "первичность" бытия или мышления в их отношении друг к другу надо понимать не во временном, а в субстанциональном смысле. Говоря об основном вопросе философии, мы в действительности спрашиваем: что является основанием, субстанцией; что существует самостоятельно, независимо от другого, что порождает и определяет другое?
     Если мы признаем наличие связи между чем бы то ни было, то это значит, что мы допускаем какое-то сходство или совпадение сторон, находящихся в связи. В данном случае такими сторонами выступают бытие, природа и мышление, дух. Стало быть, мы спрашиваем о возможности их совпадения, соответствия друг другу, или, как еще выражаются философы, "о тождестве мышления и бытия".
     Совпадение мышления и бытия может быть рассмотрено в разных аспектах. Но один из них выглядит особенно важным. Если содержание нашего мышления, то есть наша мысль, соответствует бытию, то это означает, что мы обладаем истинным знанием. Выражаясь по-другому, мы спрашиваем, способны ли мы обладать истинным знанием, познаваем ли мир?

Посмотреть

Решение проблем, образующих исходные стороны основного вопроса философии, носит характер очень ответственного мировоззренческого выбора. Этот выбор может быть обоснованным, глубоко продуманным, опираться на развернутую систему аргументации, а может быть и стихийным, как бы само собой разумеющимся. Так, большинство людей даже не видят поначалу особого смысла в вопросе о познаваемости мира. Они считают ответ на него самоочевидным - конечно, мир познаваем! Какие могут быть сомнения, когда наши знания о мире увеличиваются с каждым днем?!
     Лишь значительно позже приходит понимание того, насколько они, проблемы "основного вопроса философии", фундаментальны. Более того, оказывается, что их решение не может быть достигнуто доказательными методами. Как и в математике, где исходные положения не доказываются, а вводятся аксиоматически, решение данных вопросов связано с выбором, который в дальнейшем предопределяет многие черты философского мировоззрения.
     Рассмотрим, каковы логически возможные решения исходных проблем-сторон основного вопроса философии и как они реализуются в различных философских направлениях.
     Очевидно, что в вопросе о первичности нам с самого начала придется выбирать между признанием первичности чего-либо одного (духа или бытия) или отрицанием первичности чего бы то ни было. Здесь мы стоим перед выбором: монизм или плюрализм. Монистические направления признают первичность одного (латинское слово "mono" - означает "одно") и только одного начала - материального или идеального. Плюрализм либо признает независимость, равноправность материального и идеального, и тогда его принято называть дуализмом (от латинского слова "duo" - "два"), либо отрицает саму возможность решения вопроса о первичности: считает саму постановку вопроса некорректной, принципиально отказывается дать какой-либо определенный ответ на него. Главное в плюрализме - не первичность, а равноправность - начал, позиций, точек зрения и т. д.

Гносеологический аспект основного вопроса философии

В вопросе о познаваемости мира выбор следующий:

Посмотреть

Родоначальники материализма и идеализма

У материализма и идеализма глубокая история. Их родоначальниками в европейской философии принято считать древнегреческих философов Платона и Демокрита. Платон впервые по-настоящему заострил различие между этими философскими направлениями.
     Вместе с тем необходимо учитывать, что споры между материалистами и идеалистами не всегда выходят на первый план. Зачастую более острые дискуссии ведутся внутри этих направлений. Поэтому важно понимать суть внутренних различий между материалистическим и идеалистическим течениями.

Посмотреть

Многообразие форм идеализма

Первым сложившимся течением в идеализме был так называемый "объективный идеализм". Его классический представитель, как уже отмечалось, - Платон. Платон считал, что видимый, чувственно воспринимаемый мир, то, что составляет наше повседневное существование, есть лишь бледная тень величественного и неизменного мира идеальных сущностей. Эти идеальные сущности - Платон называл их Идеями, Формами - существуют, однако, не в нашей с Вами голове, а наряду с нами, объективно - в "месте над небесами", в Гиперурании. Нетрудно понять, что объективный идеализм уходит своими корнями в религиозное мировоззрение, с необходимостью удваивающее мир.
     Субъективный идеализм возник много позже, в Новое время. Классическим его представителем считают английского философа XVII - XVIII вв. Дж. Беркли. Субъективные идеалисты рассматривают в качестве первичного сознание человека. Они полагают, что весь мир, то есть то, что мы видим и слышим, ощущаем и воспринимаем - это всего лишь мир нашего сознания.
     Не подумайте, что эти философы просто фантазируют, или того хуже - сошли с ума. Для примера, попробуйте ответить на такой вопрос: как доказать, что Вы на самом деле просыпаетесь утром, а не засыпаете еще глубже, наращивая, что называется, яркость Вашего сна. Поразмышляйте и Вы найдете, что ощущения во время сновидения очень похожи на те, что Вы получаете наяву, в якобы бодрствующем состоянии. Но как тогда провести между ними границу? Может быть, ущипнуть себя, но ведь это будет только еще одно ощущение.
     К взглядам этих философов мы еще вернемся, сейчас же заметим, что последовательный субъективный идеализм практически невозможен. Ведь он заставляет считать и всех других людей только сновидениями, с чем они вряд ли согласятся.. Поэтому рано или поздно философы-субъективные идеалисты переходят к идеализму объективному или ограничивают свою позицию существенными оговорками.

Посмотреть

Многообразие форм материализма

Среди материалистов так же существуют глубокие расхождения. Все они считают первичным бытие, материю, но по-разному трактуют само бытие. Древнегреческий философ Гераклит рассматривал материю как непрерывный поток, уподобляя ее вечно изменчивому огню. В мире огненной материи все постоянно течет, все меняется, переходит в свою противоположность, сталкивается, борется. Если и есть что-то постоянное, то это сам закон непрерывного движения. Все наши знания и ценности оказываются относительными. В Новое время эту точку зрения развивали Маркс и его последователи.
     В противоположность материалистам-диалектикам, отстаивавшим динамизм, текучесть бытия, еще в глубокой древности зародился взгляд на действительность как на нечто абсолютно статичное.
     Первым, кто его высказал был древнегреческий философ Парменид. Он считал, что на самом деле бытие абсолютно неподвижно и лишено всякой множественности. А то, что мы видим множество подвижных вещей, есть лишь ошибочное мнение, обман наших чувств. Надо заметить, что Парменид и его последователи впервые поняли, что без особого рода неизменности никакое познание или мышление невозможны. Ведь если все течет, то ничего определенного нельзя ни знать, ни высказать.
     В продолжение этой традиции, традиции статизма в Новое время не раз возникали попытки представить мир в качестве набора вечных и неизменных сущностей, например, атомов, подчиненных неизменным законам, в частности, законам механики. В таком мире движение, конечно, возможно, но в сущности ничего нового не возникает. Движется - неизменно, вечно - всегда один и тот же набор атомов, тел. Примером такой философии являются взгляды английского философа XVII в. Томаса Гоббса.
     Вместе с тем следует отметить, что противопоставление "статизм - динамизм" характерно не только для материализма, но и для всех других философских направлений.

Посмотреть

Дуализм и плюрализм

Классическим представителем плюрализма в форме дуализма был великий французский математик, ученый и философ Рене Декарт. В своей философской системе Декарт пришел к выводу, что материя и мышление полностью независимы друг от друга. Если какие-то события в психическом мире совпадают по времени с событиями в физическом мире, то это тем не менее не свидетельствует о причинной связи между ними. Например, если я ударился и испытал боль, то удар и боль, физическое явление и явление психическое, просто совпали по времени.
     В качестве образа этого параллелизма он приводил пример часов, которые показывают одинаковое время, никак не действуя друг на друга. Правда, при этом возникает вопрос о часовщике, который заводит и синхронизирует данные часы. Имя этого часовщика Вы хорошо знаете - это Господь Бог. Принимая его существование, Декарт приходит к варианту объективного идеализма.
     В действительности дуализм занимает позицию, промежуточную между материализмом и идеализмом. В развернутом своем виде плюрализм настаивает на том, что мир имеет не одно, как в случае монизма, и не два, как дуализм, а несколько или множество независимых и в этом смысле равнозначных начал (причин, оснований, центров). Очень показательно в этом плане суждение известного английского философа и логика Б.Рассела: "Наиболее фундаментальное из моих интеллектуальных убеждений заключается в том, что представление, будто мир есть нечто единое целое - вздор. Я полагаю, что Вселенную составляют всевозможные пятна и скачки, без единства и без непрерывности, без согласованности или упорядоченности или каких-либо других качеств, которые нравятся гувернанткам".
     Видимо, будет правильно сказать, что плюрализм, отказывающийся от решения вопроса о первичности, ведет в конечном счете к отрицанию или очень серьезным сомнениям в познаваемости мира.

Посмотреть

Познаваемость мира

Мы переходим к рассмотрению того, как различные философские течения освещают другую сторону основного вопроса философии - вопрос о познаваемости мира. Начнем с отрицательного решения.
     Как уже отмечалось, агностицизм - это учение, отрицающее возможность познания или принципиально ограничивающее его возможности.
     Агностики (то есть сторонники агностицизма) не утверждают, будто мы ничего не знаем. Это было бы явным абсурдом. Агностицизм не заключается также и в признании того, что всегда есть и будет что-то непознанное. С этим легко соглашается большинство и философов, и обычных людей, которые при этом допускают, что когда-то границы нашего сегодняшнего незнания смогут быть отодвинуты и что область наших знаний сможет расширяться неограниченно долго.
     Агностицизм сложнее - агностики полагают, что кроме непознанного существует и нечто непознаваемое, то есть принципиально недоступное нашему знанию. И совсем необязательно, чтобы это непознаваемое находилось где-то очень далеко во времени и пространстве. Оно может буквально соседствовать с нами.
      Скептицизм - это мягкий, ослабленный вариант агностицизма. Греческое слово "скепсис" означает "сомнение". Скептик не говорит, что мир непознаваем. Он... сомневается. Но при этом ставит под сомнение не какие-то конкретные знания и не познавательные способности тех или иных людей. Такого "скептицизма" придерживаются все здравомыслящие люди. Скептики-философы, сомневаются в возможностях человеческого познания как такового.
     Крупнейшими представителями этого течения в философии Нового времени были английский философ Дэвид Юм и немецкий философ Иммануил Кант. Оба они жили в XVIII веке, имели и имеют многочисленных последователей.
     Юм полагал, что человек познает лишь то, что дано ему в опыте, то есть то, что он может увидеть, потрогать, услышать. Но при этом он фактически познает только свои ощущения. Мы можем, конечно, верить, что мир таков, каким мы его видим, воспринимаем. Но это всего лишь наша вера, а не знание, которое мы могли бы подтвердить, доказать.
     Кант обращает внимание на другой аспект. Мы познаем мир, но наша познавательная способность, наш разум вовсе не похож на идеальное зеркало. Он определенным образом "запрограммирован". (Кант, конечно, не знал этого современного слова. Мы используем его здесь для того, чтобы упростить и прояснить суть вопроса). В процессе познания разум перерабатывает информацию, поступающую от органов чувств в соответствии со своими программами и получает знание. Но что соответствует этим программам во внешнем мире? Ничто. Тогда разум, запрограммированный иначе, получит иные знания на основании тех же чувственных данных. Это значит, что мы не столько познаем мир, сколько умозрительно конструируем его.

Посмотреть

Аргументация агностиков и скептиков очень сильна, и все же большинство философов придерживается гносеологического (то есть познавательного) оптимизма. Они считают мир в принципе познаваемым. Это, конечно, не означает, что мы все знаем, но мы можем неограниченно углублять и расширять наши знания, уточняя и дополняя их, изгоняя из них ошибки, неточности, заблуждения.
     К этому выводу приходят и последовательные материалисты и последовательные идеалисты. Выбрав монизм, то есть признав в качестве основания, субстанции, первопричины что-либо одно (дух или материю), они уже признали (и познали) зависимость одного от другого.
     Материалист видит в нашем знании образ реальности, который мы можем и должны соотносить с оригиналом, добиваясь максимального сходства. Кстати, поддержку этой позиции он находит в естествознании, которое всегда ориентируется на реально существующий мир.
     Идеалист, напротив, в самой реальности видит духовную сущность, совпадающую с нашим духом или родственную ему. При таком подходе наше познание оказывается лишь углублением в себя - самопознанием, для которого нет принципиальных препятствий. Правда, для субъективного идеалиста это будет самопознание самого человека или человечества, а для объективного - самопознание мирового разума, абсолютного духа, Божества. И здесь идеализм находит союзника в лице религии, различных мистических учений.
     Сказанное позволяет утверждать, что вопросы первичности и познаваемости на самом деле теснейшим образом связаны друг с другом.

Посмотреть

2.4.2. Классификация философских направлений по Бердяеву

Описанный выше подход к классификации философских направлений не является единственно возможным. Примером альтернативной и, отчасти, дополнительной классификации является подход выдающегося русского философа XX века Николая Александровича Бердяева. В противоположность Энгельсу, занимавшему позиции материалиста-диалектика, Н.А.Бердяев был идеалистом и решительным противником марксизма. Тем показательнее совпадения и различия подходов этих философов.
     Бердяев не выделяет какой-то одной главной проблемы философии - ее основного вопроса. Он рассматривает сразу группу основных и относительно независимых друг от друга проблем. Причем, все эти проблемы допускают бинарную оппозицию - выбор одного из двух решений. Как отмечает Н.А.Бердяев, "Двойственность проникает всю философию и эта двойственность видна в решении основных проблем философии..."
     В разных философских системах подход к решению каждой из фундаментальных проблем может быть различен. Это создает основу для многообразных комбинаций. Поэтому так богата палитра философских направлений.

Посмотреть

По мнению Бердяева, главный вопрос, по которому расходятся мнения философов, это - что первично в мире: бытие или свобода? Под свободой понимается свобода духа, под бытием - объективный мир.
     Иначе вопрос звучит так: что первично - объективированный мир или свобода экзистенциального субъекта? Слово "экзистенция" в переводе с латинского означает существование. В философии "экзистенция" употребляется во вполне определенном смысле - как существование человека, человеческое существование. Более того, понятие экзистенциального субъекта говорит нам о том, что человек не просто существует; он, в отличие от неодушевленных предметов и представителей животного мира, постоянно и глубоко переживает свое бытие, свое человеческое существование. Эк-зистировать, пере-живать значит непременно выходить за однажды положенные или достигнутые пределы, существовать, не переставая переступать границы.
     В своей онтологической проблематике, то есть в теории бытия (от греческого "онтос" - бытие) философия дифференцирована на два направления - монизм и дуализм. Философский монизм исходит из того, что существует только одно начало (субстанция) мира. Дуализм же признает два таких независимых и равноправных начала - дух и материю.
     Следующие два направления в философском осмыслении мира и бытия человека в нем - интеллектуализм и волюнтаризм. Что преобладает: воля над разумом или разум над волей? Интеллектуализм решает этот вопрос в пользу разума: он отдает предпочтение разумному и логическому началу в человеке. Волюнтаризм, в свою очередь, делает упор на эмоционально-волевые характеристики человека, на то, что воля - высший принцип бытия.
     Статизм и динамизм. В статизме мир рассматривается как застывший, раз и навсегда данный, как собранный из каких-то неизменных и жестких конструкций. В противоположность статическому взгляду, динамизм изображает мир как текучий, меняющийся, подвижный.
     Двойственность начал обнаруживает себя и в познании: противопоставление творческой активности и пассивной созерцательности. Что представляет собой познавательный процесс: пассивное наблюдение существующего, бесстрастную регистрацию того, что есть, или же активное субъект-объектное взаимодействие, заканчивающееся важным и действительно новым результатом.
     Персонализм и имперсонализм. Исходно-фундаментальные начала, о которых говорит философия, - свобода, бытие и т.д., могут характеризоваться как индивидуально-личностные, так и анонимно-безликие. "Личность" в таком случае рассматривается как духовный первоэлемент бытия. Скажем, у Платона Мир идей не является какой-то личностно окрашенной реальностью, это, скорее, некая безликая мировая сила. А вот христианский Бог - личен. Он есть некоторая высшая Личность, к которой можно обратиться и которая обладает всеми индивидуальными (от "индивидуум") качествами и свойствами.
     Антропологизм или космизм. В основе космизма как философского учения лежит представление о том, что есть универсум, как он устроен и каковы законы его существования. От ответа на эти вопросы зависит решение всех остальных философских проблем - соответствующая трактовка сущности человека (он здесь не более чем микрокосм), познания и общества. В антропологизме (греч. "антропос" - человек), наоборот, все философские вопросы концентрируются так или иначе вокруг понимания природы или сущности человека.
     Наконец, существует выбор между натурализмом и философией духа. Чем должна заниматься философия: познанием природы (натуры), установлением и изучением законов, по которым протекают естественные процессы, или же познанием духовно-культурных формирований бытия? Впрочем, под натурализмом можно понимать и стремление объяснить развитие общества законами природы, а также методологический принцип сведения морали к каким-то естественным или природным основаниям. Соответственно, философия духа может раскрываться как попытка объяснить природное в терминах культурного, социального, исторического.
     Эти вопросы и способы их решения могут многообразно комбинироваться в различных философских направлениях и системах. Сам Бердяев, характеризуя свою принадлежность к философским направлениям, выбирает те, что сосредоточены в левой колонке схемы. Он к тому же полагал, что выбор между двумя типами философских решений свидетельствует о личном, или личностном, характере философии, философствования.
     Сравнивая подходы Энгельса и Бердяева нетрудно видеть, что первые три вопроса являются, по существу, переформулировками энгельсовского (марксистского) основного вопроса философии, вопроса о первичности. Гносеологическая сторона основного вопроса, правда, в существенно иной форме, также присутствует (см. 4 и 6). Противопоставление динамизма и статизма (5), по существу, тоже является общим. Вместе с тем добавляются новые аспекты (7-9), позволяющие полнее отразить своеобразие философских систем. Но нужно отметить, что для этого Бердяеву пришлось в известной мере поступиться логической строгостью своих различений или дифференциаций.

Посмотреть

2.4.3. Философские дисциплины

Философия внутренне дифференцирована на отдельные дисциплины. Научная (и учебная) дисциплина - это самостоятельная отрасль, раздел какой-либо науки, в нашем случае - самой философии как предметно-проблемной целостности. В философских дисциплинах отражаются или выражаются относительно самостоятельные стороны, аспекты общего и единого предмета философии. Как части целого они несут на себе его отпечаток.
     В общем плане философские дисциплины делят на теоретические и практические. Соответственно философию - на теоретическую и практическую.
     Теоретическая философия, если пользоваться Кантовской терминологией, отвечает на вопрос "Что я могу знать?". Внимание философии практической, опять же по Канту, сосредоточено на вопросе "Что я должен делать?". Иными словами, теоретическая философия (теоретические философские дисциплины) имеют дело с размышлением относительно "предельной реальности" (исходно- и определяюще-первых начал, принципов, причин) всего существующего и его отдельных сфер, а практическая (практические философские дисциплины) - с человеческим поведением, теми силами и способностями, которые в него вовлечены. Теоретическая философия учит свободе мысли, практическая - свободе действия (как жить и достойно прожить жизнь).
     К теоретической философии относятся такие дисциплины, как онтология (учение о бытии), гносеология или эпистемология (учение о знании и познании), логика (учение о формах мышления), антропология (учение о человеке, человеческом бытии в мире) и т.д. В практической философии выделяют прежде всего этику (учение о нравственности, обоснование морального поведения), эстетику (учение о прекрасном, художественном творчестве), философию религии, политики, права и т.д.
     Теоретические философские дисциплины можно отнести к аристотелевскому, а практические философские дисциплины - к сократовскому типам философии.

Посмотреть

2.4.4. Социокультурные функции философии

Утвердившись в качестве системы, философия способна выполнять ряд важных социокультурных функций. Среди них следует назвать прежде всего мировоззренческую, методологическую и имагинативную.
     О мировоззренческой функции философии по существу все уже было сказано в связи с анализом философского мировоззрения (см. Тему № 1). Здесь поэтому останавливаться на ней не будем.
     Методологическая (ее еще можно назвать логико-эпистемологической) функция вбирает в себя организующую и направляющую роль тех принципов, которые составляют философский метод - "как" философии. В методологической функции философии убедительно воплощается аристотелевское понимание философии как "первой и последней науки". "Первой" - потому что она, выявляя первоначала, логически предшествует всем другим наукам; "последней" - потому что приобщение к ней предполагает знание других наук, определенное обобщение их теоретических достижений.
     Имагинативная (англ. imagination - воображение) функция несет с собой раскрепощение и творческое расширение сознания. Дефицит воображения сегодня - один из острейших. Многих засасывает рутина, не отпускает повседневность, держит на коротком поводке инструментальная, расчетно-расчетливая рациональность. Между тем без развитого воображения и продуцируемых им альтернатив нельзя успешно отвечать на вызовы времени и, как следствие, изменять мир к лучшему. А он в наши дни нуждается в этом как никогда.

Дополнительный материал

Методологическая функция философии действительна, имеет значение для всего исследовательского поля науки. Учитывая, однако, предельный (последнее "почему") характер философского знания, можно утверждать, что функция эта с наибольшей полнотой проявляется на границе, или переднем крае, науки. Философия в действительности предстает перед нами в виде каких-то очень фундаментальных вопросов на переходе от мира познанного к миру непознанному, на краю плотно обступившего, загадочного и манящего нас бытия. Смещение интереса с пределов научного познания к тому, что уже так или иначе освоено и теперь только эмпирически насыщается, подтверждается, сводит методологическую функцию философии к историческому, логическому и лингвистическому прояснению используемых в науке понятий, их структурных взаимосвязей, а также мотивов, форм и методов исследовательской деятельности. Не то чтобы это было бесполезным занятием. Оно многое дает, особенно в плане выявления каких-то неиспользованных или упущенных возможностей, реконструкции исторической логики развития науки и т.д. И все же при таком подходе эвристический методологический потенциал философии подключается к исследованию далеко не в полной мере. Таится тут и определенная тенденция к чисто иллюстративному применению основных принципов философского метода, к подмене их суммой примеров, к "доказательству", что наука подтверждает философию. Философия оказывается погребенной под глыбами хорошо известных и по-своему ярких фактов-примеров. Наши философские проблемы специальных наук этим недостатком чаще всего и страдают.
     Существенно дополняет описываемую методологическую ситуацию еще одно обстоятельство: философия не решает никаких конкретных научных проблем - она выступает лишь тонизатором свободы, духовного раскрепощения при творческих прорывах к новому в проблемно-болевых точках научного исследования. Вспоминается в данной связи один эпизод, мастерски выписанный В.Гроссманом в романе "Жизнь и судьба". Один из главных его героев физик В.П.Штрум долго и безуспешно бьется над решением важной научной проблемы. Что-то из области ядерных явлений: опыты упорно расходятся с блестяще выверенными уравнениями. Но вот как-то вечером поговорил он с друзьями - по-людски, без страха, свободно о совершенно запретных по тем временам вещах: об истреблении военных перед войной, бесполезности Беломоро-Балтийского канала, о государственной бюрократии, свободе печати и т.п., - поговорил обо всем этом, пришел домой и - "О, чудная, ясная сила откровенного разговора, сила правды!" - внезапно возникшая мысль подсказывает верное решение. Аналогичную этой свободной беседе роль должна, как представляется, играть и философия. Выступая против того, что мешает людям быть людьми,высвобождая какие-то дополнительные душевные силы, поощряя теплоту человеческого общения, философия может служить науке гораздо лучше, чем когда она занимается структурами, уровнями и функциями научного знания.
     Методологическая функция философии с наибольшей полнотой и убедительностью проявляется не только на границах познания, но и на рубежах самой человеческой жизни, в ее каких-то очень критических ситуациях. По-настоящему необходимой, актуальной и весомой философия становится лишь в ситуациях "предельной озабоченности", коренной, всепроникающей захваченности человека такими духовными ценностями, как добро, истина, красота, любовь, справедливость и т.д. Стечением ли внешних обстоятельств, логикой ли внутреннего самокопания, но обнажается вдруг перед человеком этот глубинный, предельный пласт его бытия. И не отпускает, держит в напряжении, требует какого-то ответа, встречного движения. Философия укореняет просветленно-разумное начало в это жизненное напряжение, с определенностью намечает какие-то критически-осмысленные пути выхода из него.

Посмотреть

2.5. Развитие философии - миф или реальность?

Философия имеет дело с вечными проблемами. Вечное, по определению, не развивается - оно всегда пребывает, есть.
     А как быть с решением, точнее - решениями вечных проблем. Они с определенностью не вечные. То есть носят исторический характер, подвержены времени и его течению, претерпевают какие-то изменения. Все верно. Но не лишается ли в таком случае проблемности вопрос о развитии философского знания. Видимо, нет.
     Вечные проблемы накладывают свой отпечаток и на их решения. Общая идея здесь такова: лучшие достижения философской мысли не знают мусорной корзины истории. Хайдеггер отнюдь не делает ненужным Платона. Как, впрочем, и наоборот. Платон не закрывает собой дальнейшие поиски философских альтернатив - и как отличных, и как противоположных вариантов философского дискурса.
     В данной связи нельзя согласиться с теми, кто считает, что никакого прогресса в философии нет, что философы предпочитают однажды (еще в древности) найденные орбиты и форватеры мысли. Вопрос этот тем не менее не однозначный. Остановимся на нем поэтому подробнее.

Посмотреть

Гегелевская концепция историко-философского процесса

До Гегеля - великого немецкого философа первой трети XIX столетия - история философии понималась как простой перечень мнений, калейдоскоп идей, как сосуществование отдельных, независимых друг от друга и в этом смысле самодостаточных философских систем. Каждая такая система начинает с беспощадной критики и радикального отвержения всех своих предшественниц.
     Гегель первым проанализировал и показал связи, которые существуют между различными философскими системами. Эти связи представлялись ему следующим образом. Допустим, возникает какая-то одна философская система. Проходит время и она сменяется другой. Что общего между ними? Гегель утверждает, что вторая философская система удерживает положительное содержание первой. Иными словами, более поздняя система обнаруживает, что исходный принцип, заложенный в более ранней системе, не является универсальным. Вернее даже так: принцип сам по себе универсален - ведь философия работает с вечными, непреходящими проблемами. Неуниверсальна и неокончательна всякий раз мера его выражения, конкретная форма его постижения. И потому возникает необходимость в новом постижении, более полном и универсальном и включающем предшествующее в качестве некоторого ограниченного, частного случая. Последующее, таким образом, не отбрасывает, не перечеркивает предшествующее, а просто показывает его узость и ограниченность. Так выстраивается историческая цепочка философских систем - одновременно преемственная и качественно прерывная. Это цепочка прогрессирующего развития Истины.
     Через все философские системы, по мнению Гегеля, происходит саморазвитие и самосознание мирового разума, который он называет Абсолютной Идеей. Смена философских систем есть не что иное, как смена различных ступеней самораскрытия Мирового Разума. Поэтому нет и не может быть никаких случайных философских систем. Все философские системы необходимо и внутренне связаны друг с другом и продолжают "жить" как диалектически составные элементы более развитой философской системе. Сама гегелевская философия, по убеждению ее создателя, содержит в себе все предшествующие философии.
     Гегелю принадлежит еще один важный вывод: философские теории рождаются не просто в головах своих создателей, философов - они возникают на разных этапах развития человеческой культуры. Каждая принадлежит своему времени, является квинтэссенцией его духовного содержания. Философия - это эпоха, схваченная в мысли.

Посмотреть

Марксисткая концепция историко-философского процесса

Марксистская концепция историко-философского процесса перекликается во многом с гегелевской. Однако основа у нее иная - историко-материалистическая. Вкратце концепция эта такова. Общество в своем развитии проходит определенные ступени развития - общественно-экономические формации. На каждой такой ступени возникает определенная (соответствующая) философия. И не как отдельная система, а как целый набор школ и направлений, отражающих содержание данной исторической эпохи (ступени, формации).
     Философия отражает, прежде всего, социальные противоречия эпохи.
     Спор и взаимная критика философских направлений является выражением той борьбы, которую ведут между собой общественные классы. Следовательно, философия рассматривается как разновидность классовой идеологии. На поверку философская полемика оказывается столкновением различных, в том числе и противоположных классовых интересов. Подобное, заметим, наблюдается и в других формах общественного сознания. Просто философия делает это (защищает интересы классов) на категориальном или предельно общем уровне.
     Марксистская философия предложила следующую модель зависимости философских взглядов от классовых интересов. Те классы, которые находятся на историческом подъеме, то есть только движутся к завоеванию экономического, политического и идеологического господства, тяготеют в большей степени к материалистическим воззрениям. Назревшие потребности развития производительных сил общества заставляет их опираться на разум, конкретное знание, науку. Те же классы, которые сходят с исторической арены, теряют перспективу, охвачены упадническими настроениями, отдают предпочтение идеалистическим концепциям. Сама марксистская философия рассматривалась, да и рассматривается поныне ее сторонниками как идеология, притом единственно верная, самого прогрессивного и исторически надежного класса - пролетариата.

Посмотреть

Экзистенциально-персоналистская концепция историко-философского процесса

Авторы, придерживающиеся экзистенциально-персоналистской трактовки философии, отказывают ей в статусе науки. Они считают, что философия есть не столько форма знания о действительности, сколько некий способ ее духовно-практического освоения.
     Философствуя, человек использует не только интеллектуальный, но и эмоционально-волевой потенциал, все ресурсы своего внутреннего мира. Философия проблематизирует прежде всего человеческое существования, а затем уже на этой основе - мир, действительность, бытие как таковое.
     Философия не столько отражает мир, не столько строит какое-то знание о нем, сколько позволяет человеку самовыразиться, утвердиться, сформулировать свое глубоко внутреннее отношение к миру. Как заметил в свое время американский философ и психолог У. Джемс, "философия есть выражение внутреннего характера человека, а все определения Вселенной суть только сознательно принятые реакции человеческих характеров по отношению к ней". Легко объясняется в этом свете и материалистическо-идеалистическая оппозиция в философии: материализм есть выражение эстравертного (направленного вовне), идеализм, соответственно, интравертного (направленного вовнутрь) типа личности. Очень много внимания уделяется здесь также духовному складу философа: например, эпическому (Аристотель, Спиноза, Кант, Гегель) и лирическому (Платон, Руссо, Фихте, Ницше).
     В экзистенциально-персоналистской перспективе философские положения не могут претендовать на общезначимость и обязательность. Философия оказывается артикуляцией личных вкусов и пристрастий автора, подтверждением неповторимости его личности и жизненного стиля. Тем самым она превращается в интеллектуализированную разновидность литературы и упрямо эволюционирует в сторону искусства, а не науки.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

  1. Как понимается системность применительно к философскому знанию?
  2. Что такое мудрость?
  3. Перечислите основные символы философской мудрости.
  4. Целое и целостность в философии.
  5. В чем состоит специфика философских проблем?
  6. Что такое философская критика?
  7. Рефлексия - что стоит за этим понятием?
  8. Что понимается под гуманистичностью философского знания?
  9. Назовите основные критерии дифференциации философии на теоретическую и практическую.
  10. Что означает первичность в так называемом основном вопросе философии?
  11. Оправдана ли, а если да, то чем материалистическо-идеалистическая оппозиция в философии?
  12. Что считал главным вопросом философии Н.А. Бердяев?
  13. В чем принципиальное отличие монизма от плюрализма?
  14. Как связаны между собой философия и воображение?
  15. Развивается ли философское знание?
  16. В чем суть гегелевского понимания истории философии?
  17. Марксистская концепция историко-философского процесса.
  18. Что отличает экзистенциально-персоналистскую интерпретацию философии?

ТЕМЫ РЕФЕРАТОВ

  1. Составляющие мудрости: историко-философский анализ.
  2. Философский символизм и символы философии.
  3. Основной вопрос философии: исторические судьбы проблемы.
  4. Классификация типов философии: анализ подходов Ф.Энгельса и Н.А.Бердяева.
  5. Философский плюрализм: основания и перспективы.
  6. Целостность философского знания: между Сциллой холизма и Харибдой партикуляризма.
  7. Специфика философских проблем.
  8. Гуманистические координаты философского знания.
  9. Методология и методологическая функция философии.

ТЕМЫ КОНТРОЛЬНЫХ РАБОТ

  1. Истина - правда - мудрость: диалектика перехода.
  2. Основной вопрос философии: аргументы "за" и "против".
  3. Последовательность как принцип философствования.
  4. Роль критики в философском исследовании.
  5. Анализ гегелевской идеи о философии как эпохе, схваченной в мысли.
  6. Экстенсивность и интенсивность в философии.
  7. Философия проблемы и проблема в философии.
  8. Понятие альтернативности.

ТЕМЫ КУРСОВЫХ РАБОТ

  1. Софийный (мудрость) образ философии.
  2. Типология философского знания: основания, проблемы, перспективы.
  3. Дискурс и рефлексия в философии.
  4. Прогресс в философии - что это такое?
  5. Философия гуманизма и гуманизм в философии.
  6. Марксистская концепция историко-философского вопроса.

К НАЧАЛУ ТЕМЫ